Мария (имя изменено).
Я всю жизнь догадывалась, что отец чем‑то болеет, но не думала, что это шизофрения. Наверное, потому, что его случай не был похож на то, как обычно представляют заболевание: с видениями и голосами в голове. Правду узнала недавно, когда спросила у матери его официальный диагноз.
В раннем детстве я почти не осознавала происходящее, да и отец ещё не сильно страдал из‑за болезни. Он был довольно самостоятельным в бытовом плане. Проблема была в другом: он постоянно забывал, что нужно сделать, купить, принести или унести. Терял деньги и искал тех, кто их «украл». Повторял одни и те же фразы. Иногда на эмоциях ломал вещи — их приходилось чинить или выкидывать.
Шло время, и ситуация становилась хуже. Отец употреблял алкоголь, который делал его агрессивнее и враждебнее. Появились провалы в памяти и маниакальный контроль. На фоне спиртного заболевание стремительно прогрессировало, но лечиться он не хотел. Возможно, если бы он обратился к специалисту, всё было бы лучше.
Мы перестали жить вместе, но мне всё равно было интересно разобраться, что происходило в голове у близкого человека. Я искала информацию о шизофрении в интернете, у знакомых и специалистов по ментальному здоровью. Кстати, я считаю, что многим людям, чьи родственники столкнулись с диагнозом, не помешает общение с психологом. Это поможет выстроить личные границы, чтобы противостоять стереотипам в обществе, и научит поддерживать себя в трудные моменты. В конечном счёте появится возможность накопить моральный ресурс, который нужен для помощи близкому.
Тема шизофрении замалчивается, и иногда кажется, что наличие родственника с заболеванием даже нужно скрывать как что‑то стыдное. Но не стоит обесценивать свой опыт. Я много кому рассказывала об отце. Иногда мы даже шутили в разговорах, но только с теми людьми, кто точно не стал бы осуждать.
Если у вашего родственника шизофрения, не отворачивайтесь от него. Постарайтесь поддерживать и относиться с пониманием. Большинство из тех, кто столкнулся с заболеванием, не злые по своей природе и искренне хотят, чтобы им стало лучше.
